1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии


^ 1.3. Психотерапия в феноменолого-

герменевтической перспективе


Если психотерапевтические исследования стремились обосновать соответствие психотерапии позитивистскому кри­терию научности, то краеугольным камнем феноменоло­го-герменевтической аргументации является обоснование высококачественного своеобразия ее предмета, в силу которого она принадлежит «наукам о 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии духе» и, как следует, «вы­ходит за рамки четкой науки (Science) и врубается в порядок герменевтики, эстетики либо даже философии» [26, с. 55].


^ 1.3.1. «Наука о духе»


Роль Айзенка в истории феноменолого-герменевтичес­кого 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии подхода сыграл германский философ Юрген Хабермас, предъявивший в книжке «Знание и интересы человека» (1971) [250] обвинение в «сциентистском самонепонима­нии» самому Фрейду. Не столько содержание (никак не новое), сколько форма этого обвинения спровоцировала широкую 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии ответную реакцию. Даже создатели, считающие лишней суровую полемику с Хабермасом по этому поводу (в виду ненаучности повода) все таки упоминают его как эталон феноменолого-герменевтической аргумента­ции12. Некие же исследователи считают 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, что Хабер­мас поставил под опасность научную репутацию психоанали­за, и потому его резоны требуют специального и тща­тельного опровержения. К числу более узнаваемых оп­понентов Хабермаса принадлежит А. Грюнбаум. «В 1981 г. в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии поддержку хабермасовой концепции «сциентистского самонепонимания психоанализа», – пишет он, – высту­пил Рикер. Вобщем, Рикер и ранее радовался пораже-

–––––––––––––––

12 См., к примеру: [30, с; 252].

60


нию фрейдовской теории, ее неспособности самоутвердить­ся в согласовании 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии с принятыми эталонами эмпири­ческой либо естественной науки, – он лицезрел в этом основа­ния для контратаки против тех, кто скорбит об этом пора­жении. Хабермас, Рикер, Клайн – любой из их приво­дит более 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии либо наименее развернутые резоны против призна­ния естественнонаучного статуса медицинской теории Фрейда» [62, с. 92]. О каких же резонах речь идет?

Во-1-х, Хабермас показывает на отсутствие в сфе­ре психопатологии беспристрастных причинных 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии зависимос­тей, образующих законы, изучаемые естественными на­уками. Невротическое поведение обосновано, вытеснени­ем из сознания травматических переживаний, в силу ко­торого пациент воспроизводит одни и те же лишенные для него смысла деяния. Снимая в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии процессе психоана­литической «рефлексии» вытеснение и побеждая свою болезнь, утверждает Хабермас, человек избавляет и при­чинно-следственную (этиологическую) зависимость меж­ду вытеснением и невротическими симптомами. Посколь­ку преодолеть схожим образом 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии универсальное действие законов природы нереально, рефлективную связь, ле­жащую в базе аналитической терапии, он определяет (ге­гелевской) метафорой «причинность судьбы» [250, с. 271].

Поль Рикер выражает этот резон в максимально генера­лизованной форме и соответствующей для 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии феноменолого-гер­меневтического подхода стилистике. Способ Фрейда, пи­шет он, «подтверждает тот факт, что раскрытый смысл ... высвобождает спящего либо хворого индивидума, когда тот признает и присваивает его, короче говоря, когда носи­тель 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии смысла сознательно становится этим смыслом, кото­рый ранее момента существовал вне его, в его «бессоз­нательном», а потом в сознании аналитика» [157, с. 233]. «Идея расширения сознания» («причинности судьбы») соединяет воединыжды, считает Рикер, Фрейда не 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии только лишь с Ницше, да и с Марксом [там же].

Во-2-х, Хабермас противопоставляет психоанализ и естественные науки по аспекту системности. В «на­уках о природе», по его воззрению 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, отдельный случай истол­ковывается совершенно точно, исходя из независящих от кон-

61


текста их внедрения универсальных законов, тогда как в психоанализе «конкретное истолкование» теоретичес­ких положений определяется персональной историей, так что «никакое общее причинное разъяснение тут 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии во­обще не может быть сформулировано». Не считая того, в от­личие от естествоиспытателя, аналитик определяет свои этиологические выводы на личном языке желаний, влечений, страхов пациента [250, с. 272-273].

В-3-х, доказательство 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии патогенетических концепций психоанализа и законов естествознания осуществляется принципно разными методами. В «науках о при­роде» догадка удостоверяется эмпирическими данными, что может быть благодаря объективности изучаемых ими причинно-следственных зависимостей. В психоанализе «интерсубъективная проверка» «конкретного 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии истолкова­ния» невозможна, так как для избавления от невроза не довольно познания аналитика о его источнике, но необ­ходимо, чтоб это познание было признано, «присвоено» пациентом. Потому конечным арбитром 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии истинности психо­аналитической реконструкции является, утверждает Ха­бермас, (исцелившийся) пациент [250, с. 259-261].

Фрейд, все же, настаивал на естественнонаучном нраве психоанализа – в этом и заключалось его «сци­ентистское самонепонимание». «Новая философия, – объясняет тезис Хабермаса Рикер, – в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии значимой ча­сти пользуется предыдущим языком и в этом источ­ник неминуемых недоразумений. В случае с Фрейдом та­кое расхождение полностью разумеется: его открытие принад­лежит плану смысловых действий, а он продолжает кон 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­цептуализировать их и учить на языке собственных венских и берлинских учителей» [157, с. 260].

Открытием Фрейда, по воззрению Хабермаса и Рикера, был герменевтический подход: «ниспровергнув Субъек­та», т.е. найдя, что поступки человека 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии определяются его безотчетным (а не Ego cogito), он поставил задачку истолкования их смысла. Само это толкование указан­ные философы сводят к семантическому анализу. Симп­томы пациентов представляют собой хитроумный код, пользуясь 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии которым безотчетное выражает свои потреб-

62


ности. Обращаясь к семантике сновидений, игре слов, ус­тойчивым смысловым ассоциациям пациента и т.п., тера­певт расшифровывает язык симптомов, переводит «невра­зумительный» текст в «понятный» текст. Его деятельность 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии принципно подобна миссии культуролога структура­листской ориентации, заключающейся в том, чтоб дать представителям 1-го общества (времени) семантический ключ к вещественным и духовным достижениям другого общества (времени). Но психоанализ еще поближе к 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии истокам герменевтики, чем хоть какой ее современный вари­ант, при этом и по времени, и на самом деле дела, считают Ха­бермас и Рикер. Полем деятельности аналитика является конфликт меж «невразумительной», «скрытой» семан 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­тикой желания и «очевидным», «понятным» языком куль­туры, вытесняющим естественные влечения индивидума в область безотчетного. С этого противоречия, по мне­нию Фрейда, началась история населения земли, в процессе кото 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­рой обузданная средствами культуры энергия «инстинк­тов» использовалась в соц целях. Невроз совре­менного человека воспроизводит этот базовый конфликт, который рассматривается Рикером и Хабермасом как се­мантическое противоречие «самонепонимания» – схож­дение значащего («дискурса силы») и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии означаемого («дис­курса желания»). Свое разрешение это противоречие на­ходит в опосредствующем движении интерпретации, приводящем пациента в «критическую точку», где он осоз­нает, что «энергетика пронизывает герменевтику, а гер­меневтика открывает энергетику 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии. Конкретно в этой точке процесса символизации и благодаря ему желание заявля­ет о себе» [там же, с. 261].

Потому психоанализ представляет собой не просто гуманитарную дисциплину13, но эталон глубинно-гер­меневтического 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии подхода, возможный идеал наук о человеке.

Как лицезреем, по существу аргументация Хабермаса и Рикера не выходит за рамки неокантианской антитезы

–––––––––––––––

13 «Я утверждаю, – писал Рикер, – что Фрейда можно читать так же, как наши 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии коллеги и учителя читают Платона, Декарта, Канта» [157, с. 253].

63


«наук о духе» и «наук о природе», разъяснения и понима­ния и т.п., но классические резоны облекаются тер­минологией новейших философских концепций, каковы­ми в 60 – 70-е 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии гг. прошедшего века были герменевтика и струк­турализм.


^ 1.3.2. Герменевтическая практика


Что касается герменевтики, то главный труд Х.-Г. Га­дамера «Истина и метод» вышел в 1960 г. В этой книжке, прямо 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии за Шлейермахером, Дильтеем и Хайдеггером, Гада­мер отторгает научный способ и противопоставляет ему понятие образования (индивидума) гегелевской «Феномено­логии духа», которое считает квинтэссенцией европейс­кой гуманистической традиции и методологическим об­разцом для 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии гуманитарных наук [44, с. 59]. Но истол­ковывает он это понятие очень произвольно. Гегель на­зывает образованием поэтапное освоение личным сознанием всеобщих форм бытия и мышления, либо, что то же самое, проигрывание в «снятом» виде процесса созидания 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии социокультурного мира, в процессе которого инди­вид познает необходимость его происхождения и стано­вится (создается) человеком. Гадамер (ссылаясь на Гегеля) определяет образование как «открытость всему иному, другим, более обобщенным точкам зрения 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии» [там же]. «В образовании заложено общее чувство меры и дис­танции по отношении к нему самому, и через него – подъем над собой к всеобщему. Рассматривать вроде бы на расстоя­нии самого 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии себя и свои личные цели значит рассматри­вать их так, как это делают другие. Эта всеобщность – наверное не общность понятия либо разума. Исходя из общего, определяется особое, и ничто насильно не 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии доказывается. Общие точки зрения, для которых от­крыт образованный человек, не становятся для него жес­тким масштабом, который всегда результативен; быстрее они характерны ему только как вероятные точки зрения других людей» [там 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии же].

Итак, если для Гегеля целью и итогом образования является системное познание, т.е. постижение индивидумом

64


закономерных связей меж единичными и особыми явлениями, казавшимися ему сначала самодостаточны­ми, и конкретно такое познание он именует всеобщим, то 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии Га­дамер рассматривает образование в качестве бесконечно­го рефлективного движения меж единичным (индиви­дуальным сознанием) и общим (воззрением других). Инди­вид соизмеряет свою самодостаточность (пред-рассудки и пред-суждения) общими положениями (традицией 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии), а об­щее принципы меняются в процессе соотнесения с «иным» личных сознаний. В рамках гегелевской логи­ки, с традицией которой сопоставляет свои «пред-рассуд­ки» Гадамер, такое движение мысли соответствует опре­деляющей 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии рефлексии, которая есть «соотношение со сво­им инобытием в самой себе» и потому – «бесконечное соотношение с собой» [49, с. 28]. У Гегеля «порочный круг» определяющей рефлексии снимается опосредствованием обратных моментов сути, в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии процессе которого она, обогащаясь определениями, проявляется и перехо­дит в реальность. Теоретическим выражением дей­ствительности является понятие, воспроизводящее зако­номерные, системные связи, которые превращают различ­ные и обратные определения наличного бытия и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии сути в моменты определенной целостности (изучаемо­го предмета). Гадамер отрешается от этого предстоящего движения мысли к правде, указывая на «неснимаемое противоречие» меж опытом и научным познанием [44, С. 418], и абсолютизирует определяющую рефлексию, при­давая 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии ей к тому же личный смысл. Так рождается способ философской герменевтики, представляющий из себя взаимопревращение личного и принятого воззрений, в процессе которого достигнутое меж ними согласие относи­тельно смысла истолковываемого предмета 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии отрицается на последующем витке рефлексии и т.д. «Теперь мы лицезреем, – резюмирует Гадамер, – какое требование здесь содержится: требование привести свои предрассудки во взвешенное состояние. Но тогда действие суждений прерывается, а тем паче действие 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии предрассудков, то с логической точки зрения появляется структура вопроса. Суть воп­роса – в раскрытии способностей, в том, чтоб они оста-

65


вались открытыми. ...Только ставя себя под вопрос в этой игре 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, он (предрассудок – Е.Р.) до таковой степени ввязыва­ется в игру с «иным», что и это «иное» может ставить себя под вопрос» [45, с. 81]. Но таковой способ Сократ назы­вал майевтикой – искусством помогать 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии мужам в рожде­нии правды, которое состояло в выявлении средством вопросов противоречий в личных воззрениях и индуктив­ном восхождении к общим понятиям. Философская гер­меневтика и является не чем другим, как личной диалектикой, которую греки 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии определяли еще как искус­ство вести беседу.

Как раз это искусство делает психоанализ (психотера­пию), по воззрению Хабермаса, Рикера и их единомышлен­ников, примерной герменевтической дисциплиной. Это убеждение, кстати 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии говоря, делил и сам Гадамер. В ста­тье «Неспособность к разговору» (1971) он противопос­тавляет «монологической ситуации научной цивилизации» [46, с. 91] диалогическую традицию философии от Плато­на до Бубера и включает в нее на особенных критериях «край 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­ности» психоанализ. Страдающий духовным расстрой­ством человек теряет связь с окружающей действительно­стью, замыкается в мире собственных призрачных представле­ний и в силу этого перестает слышать других людей. Цель психотерапии состоит в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии том, чтоб сломать барьер отчуждения, вернуть способность пациента к обще­нию. «Особенность психоаналитической беседы заключается в том, что тут неспособность к разговору, составляющая самую сущность заболевания, излечивается не чем 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии другим, как раз­говором» [там же, с. 90]. Опыт психоанализа не может быть просто перенесен в область обычной жизни, за­мечает Гадамер, так как во-1-х, монологичность не­вротика является следствием конкретно заболевания (а 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии не рас­пространения «научной цивилизации»), а, во-2-х, пси­хоаналитик – это не просто собеседник, «другой», но доктор, владеющий проф познаниями и целенаправ­ленно преодолевающий сопротивления пациента. «Спра­ведливо подчеркивают, что беседа все таки является 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии совме­стным трудом раскрытия, а не обычным применением зна­ния со стороны доктора... первой предпосылкой психоана-

66


литического разговора служит признание пациента в том, что он болен; итак, неспособность к 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии диалогу сознает себя» [там же].

Рассуждение Гадамера выражает самую сущность феноме­нолого-герменевтического осознания психотерапии и с полным основанием может рассматриваться в качестве его знака веры. Но вот, что удивительно: невзирая на заявлен­ную 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии оппозиционность эмпирической методологии есте­ственных наук (Science), оно практически воспроизводит итог психотерапевтических исследовательских работ, совпа­дающий в свою очередь с принятым в психиатрии опре­делением психотерапии как исцеления «посредством бесед доктора с 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии пациентом», в процессе которого «психотерапевт пробует поменять мышление пациента, его поведение и эмоции средством работы над механизмом его мышле­ния...» [205, с. 157].


^ 1.3.3. Психоанализ и конкретные законы лингвистики


Другим важным источником феноменолого-герме­невтического обоснования психотерапии 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии является струк­турализм и обширнее – французский институтский психо­анализ. Его духовным папой был Жак Лакан, в течение 26 лет – с 1953 г. по 1979 г. – управляющий снискав­шим гигантскую популярность семинаром. Кроме психи 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­атров и психоаналитиков в его работе учавствовали известные философы и антропологи, такие, к примеру, как гегельянец Ж. Ипполит, феноменолог М. Мерло-Понти, основоположник структурной антропологии К. Леви-Строс, фи­лософы языка Ж 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии. Лапланш и Ж.Б. Понталис и др. В процессе долголетних встреч Лакан и его единомышленники под­вергли серьезной проработке главные метапсихоло­гические и методологические концепции Фрейда. В ре­зультате психоанализ не просто был 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии переосмыслен с по­зиций феноменологии, герменевтики и структурализма, но появилось новое умственное место с осо­бым языком, риторикой, методами обоснования, понят­ными только посвященным метафорами, намеками, шут­ками, при этом 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии все это – под девизом «Назад, к Фрейду!».

67


Ах так определял цель собственного семинара сам Лакан: «...Предмет наш должен собственной научной ценностью исклю­чительно тем концепциям, которые были выработаны Фрейдом в процессе его исследовательских 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии работ – концепциям еще не­достаточно критически проработанным и сохраняющим тем двусмысленность вульгарного словоупотребле­ния, которая, идя им на пользу, делает в то же время опасность излишних недоразумений. ...Но нам кажет­ся, что 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии мы только проясним эти определения, если приведем их в соответствие с языком современной антропологии и неуввязками новой философии, в каких психоана­лиз часто без усилий выяснит свои собственные» [102, с. 9-10].

По масштабности семинар Лакана 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии чуть ли сравним с психотерапевтическими исследовательскими работами, но его воздействие во много раз превосходит высшие заслуги этих исследовательских работ. Лакан стал властителем дум целой эры, ему удалось собрать вокруг себя гуманитарную и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии художественную интеллигенцию самых различных направ­лений и ориентации. До настоящего времени длятся споры об настоящем значении концепций, понятий и даже отдель­ных определений ученого, ведется борьба за право называть­ся его 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии учениками, объяснять смысл его работ и т.п. Н.С. Автономова уделяет свое внимание на то, что большущая популярность Лакана почти во всем обоснована харизмой его личности, «его «шаманством» и доныне вовлекающим адептов в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии кровавые баталии за раздел духовного насле­дия» [5, с. 29].

Если психотерапевтические исследования сыграли важ­ную роль в признании психотерапии мед сооб­ществом, то семинары Лакана сделали ее частью гумани­тарного 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии познания и образования. Лекции Лакана в психи­атрическом лазарете св. Анны слушал, будучи студен­том Эколь Нормаль, Мишель Фуко, устроителем таких курсов был в то время философ-марксист Луи Альтюссер. А позднее 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и сам Фуко в качестве педагога психоло­гии водил в этот лазарет собственных слушателей, в множестве которых был Жак Деррида. «Я придерживаюсь идеи, – гласил в 1955 г. Жан Ипполит, – что исследование безумия-

68


отчуждения в глубочайшем смысле 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии этого слова – находится в центре антропологии, в центре исследования человека» [цит. по: 171, с. 9]. Это принятое посреди французской ин­теллигенции 2-ой половины XX в. убеждение было куль­тивировано Лаканом. Логично, что 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии его семинар стал колыбелью настолько фаворитных и нужных социогу­манитарными науками философских течений, как струк­турализм, постструктурализм и постмодернизм. С другой стороны, благодаря этому семинару психологи, психоте­рапевты и психиатры открыли себе философию 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии.

Меж тем, прямо до начала 50-х гг. Лакан придер­живался обычных взглядов на специфику психоана­лиза. В диссертации по медицине 1932 г., посвященной параноидальным психозам, он относил к преимуществам психоанализа по сопоставлению с психиатрией 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии открытость его терапевтической практики, также энергетическую тео­рию, выполняющую в осмыслении психических фе­номенов функцию «концептуальной арматуры». Совместно с тем, он подчеркивал, что по аспекту научности психо­логия, изучающая чувства, желания, представления 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и остальные личные феномены, уступает психиатрии, предметом которой являются конкретные церебральные структуры и процессы. Это убеждение и определило, в конце концов, его воззвание к структурной лингвистике.

В ситуации послевоенного кризиса 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, когда репутация психоанализа была поставлена под колебание, неоканти­анская аргументация не могла удовлетворить естествоис­пытателя, каким Лакан был и по образованию, и по обра­зу мышления, сначала, в виду иррационалистичес­кого толкования психоанализа как 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии «науки о духе». Такое истолкование противоречило и позиции Фрейда, с упорством отстаивавшейся им в протяжении всей жизни. Другое дело – лингвистика и семиотика с их серьезными законами, применение которых в антропологии 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии было с фуррором ап­робировано К. Леви-Стросом. К тому же переключение исследовательского энтузиазма с переживаний «субъекта» на языковые структуры, беспристрастно определяющие его мышление и поведение, совершенно вписывалось в движе­ние за отказ 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии от интроспекционизма в психологии. Во Фран-

69


ции тех пор престиж структурной лингвистики был высок, и так как конкретной данностью, с кото­рой работает психотерапевт, является речь пациента, за­коны этой науки казались как 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии раз тем, что может при­дать психоанализу научный нрав14.

И вот 26 и 27 сентября 1953 г. в стенках Института психологии Римского института прозвучал знамени­тый доклад Лакана, который сам он именовал «публичным 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии манифестом» нового Французского психоаналитического общества [102, с. 7]. В собственной речи Лакан отторг наличные концепции терапевтических устройств психоанализа, а конкретно – делающую ставку на силу «Я» пациента (А. Фрейд), усматривающую источник невроза в довербальных 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии либи­динозных фиксациях (М. Кляйн) и полагающуюся на те­рапевтическое взаимодействие. Подлинным и единствен­ным полем деятельности психоанализа, заявил он, явля­ется речь пациента, текст, который он произносит и не произносит.

Ego, к которому 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии апеллируют сторонники Анны Фрейд, представляет собой воображаемую инстанцию, особенного рода психическую видимость, исчезающую, как пациент начинает выражать ее словами: интимность и уникальность внутреннего мира «субъекта» превращают­ся в стандартные определения желаний, эмоций 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и мыслей других людей. И если аналитик рассчитывает осознать и разрешить невротический конфликт с помощью испол­ненного эмпатии, поддержки и т.п. взаимодействия с Ego пациента, то в поле его зрения 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии всегда будет находиться «воображаемое отношение», связывающее его с субъек­том в качестве «его собственного Я» [там же, с. 24]. Такая стратегия только культивирует иллюзии и содействует объективации субъекта, т.е. его идентификации 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии с мерт­вым, абстрактным, «статуарным» образом собственной личнос­ти («Я»).

Да и то, о чем умалчивает пациент, т.е. вытесненное содержание его «инстинктивных» желаний, бессознатель­ное, также не имеет прямого отношения к 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии ре­альности. Прошедшее, история даны как аналитику, так и

–––––––––––––––

14 Подробнее см.: [26].

70


самому пациенту только в качестве рассказа, эпоса, дис­курса, оформленного в согласовании с определенными беспристрастными законами – ведь «излагает он этот эпос на 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии языке, который позволяет ему быть понятым своими со­временниками, более того подразумевает наличие их соб­ственного дискурса» [там же, с. 25]. Этот принятый язык присваивает смысл (стыда, вины и т.п.) событиям про­шлого 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии индивидума и определяет в качестве цензора грани­цы его памяти. «...Безотчетное есть та часть конкрет­ного трансиндивидуального дискурса, которой не хватает субъекту для восстановления непрерывности собственного созна­тельного дискурса» [там же 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, с. 28].

Личное самосознание, таким макаром, пред­ставляет собой, исходя из убеждений Лакана, повсевременно меняю­щую положение границу меж всеобщим и особен­ным дискурсами. Потому он именует психоанализ диа­лектикой самосознания, «которая, идя 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии от Сократа к Геге­лю, от иронического догадки действительности всего ра­ционального устремляется к научному суждению, глася­щему, что все реальное рационально» [там же, с. 62]. На этом, но, сходство с гегелевской логикой и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии заканчи­вается: Лакан отторгает «пророческое» [там же] «Фено­менологии духа», а вкупе с ним и положительно-разум­ный, системный момент зания, ограничиваясь (как Маркузе до него и Гадамер – после) диалектикой «частно­го» и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии «универсального» дискурсов, либо словесно выражен­ных представлений, в традиционной философской терми­нологии.

В согласовании с этой (высказанной в «чистом виде» Гадамером) позицией, терапевтическая миссия психоана­лиза заключается в опосредствовании рефлективного от­ношения личного 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и общего воззрений. Но Ла­кан настаивает на том, что диалектика самосознания оп­ределяется беспристрастными законами языка. Означает ли это, что, беседуя с пациентом, терапевт проводит лингвисти­ческий анализ по 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии правилам, разработанными Соссюром и его последователями: устанавливает значения используе­мых знаков, выявляет устойчивые связи меж ними, сопоставляет их с универсальными знаковыми системами

71


и т.п.? Конкретно так интерпретировали идеи Лакана мно­гие его последователи 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии (Ж. Делез, к примеру).

«Психоаналитик знает лучше кого бы то ни было, – объясняет Лакан, – что самое главное – это услышать, какой «партии» в дискурсе доверен означающий термин; конкретно так он, в наилучшем 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии случае, и поступает, так что история из ежедневной жизни оборачивается для него обращенной к имеющему уши слышать притчей; длинноватая тирада – междометием; простая обмолвка, напротив, – сложным разъяснением, а неразговорчивый вздох – целым лирическим 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии излиянием» [102, с. 22].

Как лицезреем идет речь, сначала, об анализе пато­генного противоречия. Материалом такового анализа явля­ется рассказ пациента15, в словесной форме выражаю­щий противоречия его желаний, представлений, устано­вок, за которыми 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, стоят усвоенные в процессе воспитания и жизни (разные, обратные) социальные нор­мы, история отношений с другими людьми и т.п. Стремясь защитить психоанализ от упреков в ненаучнос­ти, Лакан только пробует свести эту систему 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии к ее словес­ному выражению и (лингвистическим) законам этого вы­ражения, к отношению значащего и означаемого. По­этому исследовательская функция психоанализа тракту­ется им как выявление значения дискурса пациента, а терапевтическая 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии – как переформулирование этого дискур­са. «Именно усвоение субъектом собственной истории в том виде, в каком она воссоздана адресованной к другому речью, и положено в базу нового способа, которому Фрейд отдал имя психоанализа. ...Средства 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, допускаемые этим мето­дом, сводятся к речи, так как эта последняя докладывает действиям индивидума смысл; область его – это область кон­кретного дискурса как поля трансиндивидуальной реаль­ности субъекта» [там же 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, с. 27-28].

Если отвлечься от терминологии, в какой Лакан вы­казывает свои идеи, т.е. от особенностей структуралист-

–––––––––––––––

15 В традиционном психоанализе, очевидно. Другие направ­ления психотерапии вовлекают в рассмотрение и другие формы выражения патогенных 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии противоречий, психоанализ делает став­ку на рассказ пациента.

72


ского дискурса, то смысл этого утверждения сводится к последующему: в процессе беседы с доктором пациент преодолева­ет ограниченность собственного личного представления и усваивает принятое мировоззрение в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии той мере, в какой это позволяет ему разговаривать (говорить) с другими людьми; неспо­собность к разговору излечивается разговором16. Гада­мер, таким макаром, точно определил сущность лакановс­кого осознания специфичности 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии психоанализа, которое, несмот­ря на экзотику словесного выражения, совпадает с обще­принятым в психиатрии.

Но в чем все-таки, в таком случае, заключаются альтерна­тивность феноменолого-герменевтического подхода? Суще­ствуют ли она на уровне 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии (соответственного специфике психотерапии как «науки о духе») способа зания?

Остается последняя надежда получить ответ на этот вопрос, а конкретно, – адресовать его феноменологии, кото­рая не только лишь лежит в основании 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии разных модифика­ций идиографического подхода, да и сыграла важную роль в дисциплинарном становлении психотерапии в целом. Популярность феноменологии в психотерапевтической рефлексии связана сначала с тем, что Гуссерль выс­тупил с теоретической критикой 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии эмпиризма и противо­поставил ему способ, который, по его убеждению, конкретно благодаря собственной (трансцендентальной) субъективности является образцом научного метода мышления не только лишь в гуманитарной сфере, да и в области естествознания.


^ 1.3.4. Феноменология против психологизма


Против веры 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии в начальное и удостоверяющее значение факта, унаследованной положительными науками от эмпи­рической философии Нового времени, Гуссерль выдвинул

–––––––––––––––

16 «...Субъект, приступая к анализу, – пишет Лакан, – согла­шается тем занять позицию, которая уже сама по для 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии себя является более конструктивной, ежели все правила, которыми он в той либо другой мере позволяет себя обвить: он соглашается потолковать. И не будет ничего ужасного, если это замечание собьет 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии слушателя с толку, ибо это дает нам повод настоять на том, что воззвание субъекта, согласившегося потолковать, пред­полагает собственного толкователя; другими словами, что говорящий конституируется тем как интерсубъективность» [102, с. 28].

73


единственный новый17 аргумент, который, правда 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, про­ясняется в его работах разными методами.

Неважно какая положительная наука, включая психологию, пси­хиатрию, и психотерапию, рассматривает собственный предмет через призму «естественной установки». В согласии с ней содержание сознания 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии рассматривается как отражение беспристрастной реальности, которая дана человеку в восприятии и познается им на базе чувственного опы­та. Потому «универсальный вопрос положительных наук со­стоит в том, как может быть объективно-истинное опреде­ление этого 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии мира» [65, с. 14], либо каким образом можно установить соответствие меж мыслями (видами, сужде­ниями, догадками) и вещами. Такое осознание правды полностью согласуется с обыденным о ней представлением, адептом которого и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии является эмпиризм.

Наивность естественной установки была высвечена ме­тодическим колебанием Картезия (de omnibus dubitandum) либо, как предпочитает называть его Гуссерль, – феноме­нологическим эре. Заключив весь мир в скобки ради­кального сомнения, Декарт 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии противопоставил ему абсолют­ную аподиктичность ego cogito, мыслящего субъекта. Так родилась трансцендентальная установка, которая состо­ит в уяснении того, что «естественному бытию мира... в качестве самого по для себя более первичного бытия предше­ствует бытие 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии незапятнанного ego и его cogitationes» [67, с. 77]. Сознание, т.е. образы, акты мышления, смыслы и т.п., не просто более достоверная, но единственно достоверная действительность для познающего субъекта, так как 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии не суще­ствует никаких доказательств существования объектив­ного мира. По правде, сравнивая идеи с «фактами» (наблюдениями, «протокольными предложениями»), эм­пирик считает, что устанавливает их соответствие дей-

–––––––––––––––

17 Гуссерль также повторяет антиэмпиристские резоны ново­европейского 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии рационализма – об опосредствованном (мыслью сущ­ностей данного рода) нраве хоть какой фактической единичности (Лейбниц), об априорном нраве мыслях (Декарт) и др. См.: [66, Разд. 1,2]. Не считая того, что представляет собой начало начал фе­номенологии 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии – феноменологическое эре, если не самый силь­ный резон (методическое колебание) Декарта против эмпиристс­кого эталона научности?

74


ствительности, но сопоставляет-то он их не с материаль­ными вещами, а с их видами в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии своем сознании. Одна личная мысль сравнивается, таким макаром, с другой личной мыслью, наивно принимаемой за объек­тивный факт.

Трансцендентальный18 поворот, коль скоро он совер­шен со всей радикальностью, не совместим с аристотелев 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­ским принципом корреспонденции в хоть какой его разновид­ности – от обычного сравнения слов и вещей до проце­дуры верификации. Все это «выносится за скобки» вмес­те с уверенностью в объективности «предданного 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии мира». «Я не могу жить, мыслить и действовать, – пишет Гус­серль, – не могу узнавать в опыте, оценивать таковой мир, который не имеет смысла и значимости во мне самом и из меня самого 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии» [там же, с. 78]. В области эпистемологии этот «поворот» выражается в том, что вопрос о соответ­ствии беспристрастному положению заменяется неувязкой ге­незиса мыслях в сознании.

Таким макаром, трансцендентальная установка позво­ляет 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии положительному исследователю человека отрешиться как от принципа «метафизической» каузальности, т.е. от не­обходимости поиска субстанциального основания изучае­мых явлений, так и от методической зависимости от «фак­та» (эмпирической каузальности). При этом его теоретичес­кой 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии опорой становится не иррационалистический интуи­тивизм, а основанная на аналитике разума, апеллирую­щая к серьезной научности философия.

Ах так обрисовывает Гуссерль следствия «коперниканс­кого переворота» в сознании посвященного: «Этот (как и хоть 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии какой вероятный) мир есть для него только парадокс. Заместо того, чтоб иметь впереди себя мир в качестве пред ­данного наличного бытия, как он делал до этого, будучи естественным человеком, сейчас он – только 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии трансцен­дентальный наблюдающий, который рассматривает это об­ладание миром, метод, которым в сознании в соответ-

–––––––––––––––

18 Трансцендентальный – термин, введенный Кантом, озна­чает «относящийся к сфере сознания», не выходящий в транс 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­цендентную область «вещей-в-себе», либо беспристрастной действи­тельности.

75


ствии со своим смыслом и значимостью проявляется этот либо другой мир, и открывает его в опыте и анализе опы­та» [65, с. 17].

Факт теряет свою 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии удостоверяющую «бытийную значи­мость», реальным предметом исследования становится «ин­тенциональное переживание», «созерцание» феноменов. Сейчас положительный исследователь свободен обрисовывать такие переживания, «сознательно» отказываясь от «зара­нее сформулированных» гипотез, полагаясь на субъектив­ное восприятие их значений 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, и не бояться при всем этом уп­реков в ненаучности. Вторичная выгода, возможно, мно­гое разъясняет в том, почему феноменологический способ так популярен посреди представителей социогуманитарных наук. Психотерапия не преминула 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии извлечь ее из «копер­никанского переворота» Гуссерля, поначалу удачно ис­пользовав феноменологическую аргументацию в борьбе за право на сумасшедшего с медициной, а позднее – для внутрицехового обуздания лишних амбиций бихевио­ризма. Конкретно на 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии авторитет «планомерной феноменоло­гии» Э. Гуссерля ссылается К. Ясперс, предпринявший в 1912 году реформу психиатрической нозологии. Указы­вая на классическую для психиатрии оценку субъектив­ных симптомов в качестве ненадежных, подлежащих пол­ному устранению из учения 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии о духовных болезнях и т.п., Ясперс пеняет на то, что этот предрассудок делит и психология. Восходящая к физиологии беспристрастная пси­хология стремится оперировать только практически дан­ным и «ведет 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии по своим последствиям к психологии без психического» [225, с. 26]. Личная же психология основывает свои выводы на феноменологическом анализе переживаний, описании видов психологического и т.п. «Чего же достигает сейчас оскорбленная личная психо­логия 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии? – вопрошает Ясперс. – В то время как объектив­ная психология средством как можно большего исклю­чения психологического преобразуется практически либо стопроцентно в физиологию, она стремится сделать предметом собственного изу­чения конкретно психологическую жизнь» [там 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии же, с. 27]. Фено­менологическую дескрипцию не нормальных переживаний Ясперс положил в базу систематизации и систематиза­ции психологических расстройств в «Общей психопатологии»

76


(1913), ставшей принципиальным шагом в преодолении позитиви­стской ориентации в психиатрии 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии.

Но прагматизмом вторичной выгоды взаимоотно­шения феноменологии и психотерапии (психологии, пси­хиатрии), естественно, не исчерпываются. Напротив, при бли­жайшем рассмотрении они теряют какую бы то ни было однозначность. Снижая психологию19 до онтического 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии – как позднее именовал его Хайдеггер – уровня, Гуссерль все таки признает ее особенное место посреди положительных наук. Психологию роднит с этими науками доверчивое принятие естественной установки, но ее предмет – «процессы в от­дельных 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии душах и обществах душ» [65, с. 12] – таит внутри себя двусмысленность, ставшую, по убеждению Гуссерля, почвой одной всераспространенной и крепко укоренившейся в гуманитарном знании XVIII-XX вв. метафизической видимости, а конкретно – психологизма.

Исторически 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии феноменологический способ появился и на­шел применение в психологии (Ф. Брентано, К. Штумпфа и др.) как кандидатура/дополнение эмпирической психо­логии. Аргументы применявших этот способ психологов подобны приведенным выше резонам К. Ясперса. Поле 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­мизируя с В. Вундтом в «Психологии с эмпирической точ­ки зрения» (1874), Ф. Брентано указывал на несводимость психологических актов (к примеру, процесса восприятия) к фактическому содержанию сознания (объекту восприятия). Сам по для себя цвет 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, писал Брентано, представляет собой физический парадокс, предметом же исследования психоло­гии выступает (личный) процесс видения цвета. Подобные акты переживания и подлежат описанию и ана­лизу в психологии.

Что добавляет к резонам феноменологической 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии психо­логии феноменология трансцендентальная? Как соотно­сятся их предметы и способы? Вообщем существует ли меж­ду ними различие?

Поочередная феноменологическая редукция, с которой, по утверждению Гуссерля, начинается подлинно

–––––––––––––––

19 При этом в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии нюансе, который имеет в виду Гуссерль, – а это только предмет психологии в его отличии от предмета трансцендентальной философии, – «души» определенных людей в пространственном мире, к психологии с полным правом может быть причислена 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и психотерапия.

77


научное зание, выявляет имманентность субъективно­сти всех всеобщих структур опыта, мышления, а, стало быть, и всех вероятных миров, обретающих в ней смысл и значимость. «Таким образом, кажется, – пишет Гус­серль, – что 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии феноменологическая психология в собственном си­стематическом развертывании обхватывает собой в прин­ципиальной всеобщности все соотносительное исследование беспристрастного бытия и сознания. Кажется, что она – мес­то всех трансцендентальных разъяснений» [там же]. Если б это 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии было так, то мистика феноменологической редукции превратила бы психологию из эмпирической дисциплины в Науку наук, метафизику, – честь для нее очень сомни­тельная, имея в виду ее позитивную установку.

Такую видимость метафизической 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии универсальности опыта духовной субъективности Гуссерль именует пси­хологизмом. Его традиционным примером могут служить учения Беркли и Юма, сводящие мир к совокупы чувств (мыслях) персональной души. У истоков же психологизма стоит Дж 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии. Локк, рассматривавший «чистое ego» Декарта как «чистую душу, как human mind, систе­матическое и конкретное исследование которой на базе тривиального внутреннего опыта должно было послужить ему средством разрешения вопросов, касающихся рассуд­ка 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и разума» [там же, с. 9]. Критикуя психологизм, Гус­серль указывает логическую абсурдность отождествле­ния незапятнанного и эмпирического ego. Трансцендентальная установка обнаруживает, что наличная в опыте духовная субъективность, точно также как и хоть какой 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии другой предмет для-меня присутствующего мира, есть только ноэматичес­кий коррелят универсальной наружной апперцепции. Сле­довательно, эмпирическое (конституированное) ego, пред­полагает трансцендентальное (конституирующее). В слу­чае же их отождествления появляется грешный круг20.

–––––––––––––––

20 Анализ 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии Гуссерля практически воспроизводят теорию типов, предложенную Б. Расселом в 1908 г. для устранения парадоксов теории множеств. Мысль Рассела состояла в различении логичес­ких функций по степени общности и ограничении этими степе 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­нями вероятных значений их аргументов так, чтоб существо­вание классов, являющихся и не являющихся членами самих себя (а это как раз случай психологизма) оказалось неосуществимым.

78


В современных обсуждениях о методологии гуманитар­ных наук 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии часто всплывает тема «угрозы психологиз­ма»21, которая понимается как вторжение эмпирической психологии в область гуманитарного познания, ее претен­зии на методическое приемущество, монополию на науч­ное исследование человека и т.д. Опаски 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии такового рода коре­нятся в методологических манифестах нескольких фило­софских направлений – позитивизма, неокантианства, философии жизни, экзистенциализма, герменевтики, структурализма, постмодернизма, но не феноменологии. Предложивший понятие психологизма Гуссерль усматри­вал источник угрозы не в психологии 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, а в философии. Психологизм, подчеркивал он, – учение чисто философс­кое и по происхождению, и по духу: «оно идет от фило­софской абсолютизации мира, полностью чуждой естествен­ному взору на мир 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии» [66, с. 124]. Мысль возведения на фундаменте духовной субъективности метафизической конструкции мироздания противоречит самому духу пси­хологии как эмпирической науки. Психология невинна в грехе психологизма конкретно в силу ее положительного ха­рактера. «Психолог трансцендентально наивен даже как 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии эйдетический феноменолог22. Хотя он, обращая собственный ин­терес только к психологическому, оставляет вне игры все психо­физическое, но это психическое сущность действительные либо вероятные «души», при этом ... души мыслимых суще­ствующими 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии вкупе с ними наличных тел, соответственно определенных людей в пространственном мире» [65, с. 13].

–––––––––––––––

21 К примеру, И. Брес, рассуждая о агрессивном отношении психоаналитиков к психологии, пишет: «французские психоана­литики, наверняка, и не пустились 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии бы в эти концептуальные при­ключения, если б в других областях современной культуры не появилась подобная потребность – избежать опасности «психоло­гизма». Нереально осознать отношение психоаналитиков к пси­хологии, если не учитывать схожие 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии позиции логиков, философов, социологов, юристов, теологов и пр. и не добраться до обстоятельств, по которым само существование эмпирической психологии вот уже двести лет воспринимается во всех других науках как серьез­ная 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии угроза» [26, с.56].

22 Т.е. как психолог, отказавшийся от принципа детерминизма и связанного с ним рвения к занию беспристрастной, факти­чески данной и т.п. реальности. «Эйдетический» – от греч. Eidos – мысль, смысл, суть вещи.

79


Но 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии тем «трансцендентально наивный» психо­лог (психоаналитик, психиатр), уподобляется неискушен­ному Адаму в эдемском саду положительной науки. Стоит ему, пройдя через испытание трансцендентальной неувязкой, утратить невинность, и он или впадает в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии психологизм, или, поняв фундаментальную проблематичность собственной дисциплины, высится до трансцендентальной фено­менологии. Да и в том и в другом случае перестает быть психологом (психоаналитиком, психиатром), и становится («плохим» либо «хорошим») философом.

В 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии связи с этим появляется «кантовский» вопрос: воз­можно ли вообщем учить духовную субъективность, ос­таваясь на почве серьезной научности?

Ответ Гуссерля характерен для человека, чей энтузиазм к философии был пробужден лекциями по психологии и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии которому повсевременно приходилось объяснять «лжеистол­кователям» собственного учения, что «чистая феномено­логия... это не психология и что причисление ее к психо­логии исключается не какими-либо случайными разгра­ничениями областей 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и терминологически, но принципи­альными основаниями» [66, с. 20].

Итак, хотя эмпирическое Я, изучаемое психологией, отлично от трансцендентального, все таки оно и не «внепо­ложено» ему, «менее всего есть что-то в обыкновенном смысле 2-ое, отдельное 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии от него, некоторый дублет». Меж ними существует «параллелизм», который, как явствует из объяснений Гуссерля, значит полное соответствие «во всех единичностях и связях» [65, с. 18]. Таковой же «па­раллелизм» характерен для психической и трансцен­дентальной 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии интерсубъективности, способов обеих феноме­нологии (оба ориентированы на описание интенциональных актов сознания в их формальной всеобщности). Стало быть, различие меж феноменологической психологией и фи­лософией не в предмете и не в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии способе. В чем все-таки тогда?.. В степени рефлексии, либо абстракции.

Один из историков философии старенькой школы исполь­зовал для иллюстрации рефлективного движения фихтев­ского наукоучения от чувства к разуму 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии образ гористой местности: узреть низшую способность можно только, выйдя за ее пределы, возвысившись над ней. Пик мно-

80


гоступенчатого восхождения – полностью 1-ое осново­положение наукоучения – «Я есмь Я». У Гуссерля реф­лективное восхождение ограничено 2-мя ступенями 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии. Фе­номенологическая, позволяет созидать, обрисовывать, класси­фицировать и т.п. феномены как феномены, т.е. без ка­кой бы то ни было «наивной объективации», от которой абстрагируются в рефлексии первого уровня 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии. Эта ступень – пространное законное поле отдельных феноменологи­ческих наук, о природе и о духе. Их предстоящая система­тизация детерминируется рассредотачиванием созерцаемого по «бытийным регионам», также степенью общности. Мес­то и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии психологии, и психотерапии, вне сомнения, – на этом уровне. Обе принадлежат к наукам о духе и представляют собой «феноменологию человека, его личности, его лич­ных параметров и протекания его (людского) сознания» [66, с. 159].

Но научность всех 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии феноменологических дисциплин имеет принципно несамодостаточный, обусловленный нрав. Свое обоснование они получают снаружи. Только рефлексия второго уровня, в какой наблюдающий абст­рагируется от феноменологического содержания мира, открывает его взгляду полностью достоверное поле 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии транс­цендентальной субъективности. Только подъем на транс­цендентальную ступень позволяет созидать, обрисовывать, систематизировать и т.п. те всеобщие сущностные формы (смыслы, идеи), коими задаются и, соответственно, созер­цаются «регионы бытия» нижнего необыкновенного 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии уров­ня. Эту главную теоретическую23 позицию на перевале

–––––––––––––––

23 Греческая философия взяла в долг слово «theoria» из ре­лигиозной сферы, где оно обозначало особенное видение, в каком соединялись «непосредственное (лицом к лицу) созерцание бога» и 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии «способность увидеть как боги», при этом все это в контексте древней любви к зрелищам. Теоретик в извечном смысле – человек, находящийся в особенной точке наблюдения, которая по­зволяет ему созидать то, что 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии скрыто от взгляда зрителей нижних рядов (театра) – божественные идеи, и дает возможность и право держать под контролем ситуацию. Не случаем в Греции традиционного периода «theoria» называлась муниципальная комиссия, посыла­емая с инспекционной 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии целью в «те места, где являлись боги, и это событие отмечалось во время праздников» [260, с. 152]. В философии Платона этим словом обозначалось умозрение – не­посредственное усмотрение правды (божественных мыслях).

81


зания занимает, очевидно 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, феноменологическая фи­лософия. Ее отличительная особенность состоит в том, «что в объеме ее эйдетической всеобщности она охватыва­ет все методы зания и все науки, при этом в нюансе того, что доступно в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии их конкретному усмотрению, что, само мало, должно быть доступно такому ус­мотрению, будь они подлинным познанием» (курсив мой. – Е.Р.)[там же, с. 135].

Вот почему ценность в деле «строгой научности» чис­той феноменологии обоснован «не 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии какими-либо случай­ными разграничениями областей и терминологически, но принципными основаниями». Вобщем, основания эти настолько же древни, как и сама философия: на языке плато­ников, уровень незапятанной феноменологии следовало 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии бы на­звать архетипическим, а тот, на котором пребывают пози­тивные науки – эктипическим; нрав их связи полностью соответствуют отношению меж архетипическим и эктипическим мирами. «Смысл и право всех непосред­ственных начальных пт и всех конкретных 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии шагов, – настаивает Гуссерль, – вероятного способа отно­сятся к феноменологии» [там же].

Таким макаром, феноменологический способ в науках о духовной субъективности заключается в опосредствован­ном более общими мыслями трансцендентальной фило­софии описании, систематизации 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и т.п. переживаний (ин­тенционадьных актов) личного сознания.

Различие меж 2-мя науками о субъективности сво­дится только к степени абстракции. К примеру, если психологически-феноменологическая рефлексия на­правлена 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии на переживание радости как людского со­стояния (при всем этом она отвлекается от хоть какой беспристрастной обусловленности этого состояния – биохимической, фи­зиологической, социокультурной и т.п.), то трансценден­тальная – средством абстракции более 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии высочайшего уровня извлекает из «скрепленного с являющимся телом состоя­ние людского "я-субъекта"» «абсолютно чистое» эмо­циональное переживание радости [там же, с. 122]. Эта более общая, принятая («трансцендентально ин­терсубъективная») мысль радости и становится 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии силой орга-

82


низующей наблюдение и дескрипцию и анализ соответ­ствующих ей эмпирических переживаний.

Нам остается согласиться с Гуссерлем: «Совершенно разумеется, то, что превращает мое чисто психологическое опытнейшее самопостижение (феноменологически-психологи­ческое) в 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии трансцендентальное, есть только определенное трансцендентальным эре изменение установки (которая, если разобраться, есть только n+l-степень абстракции. – Е.Р.). Только благодаря ей, «обнаруживаемое в моей душе, сохраняя свою суть, приобретает... абсолют­ный 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии трансцендентальный смысл» [там же].


* * *


Итак, методологический анализ эмпирико-аналитичес­кого и феноменолого-герменевтического подходов к иссле­дованию специфичности психотерапии позволяет сделать сле­дующие выводы.

1. За обратными установками эмпиризма и феноменологии прячется один 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и тот же способ, предпо­лагающий определение предметов данного класса, будь то акты переживаний, невротические конфликты, психоана­литические техники либо виды психотерапии, на базе их общих признаков, в каких типо заключена сущ 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии­ность каждого из их. Различие только в том, что «есте­ственнонаучный» подход наделяет эти признаки статусом беспристрастных чувственно данных параметров предметов, а феноменолого-герменевтический – истолковывает как личные идеи, значения, смыслы.

2. Наблюдение и анализ личных 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии предметов (феноменов) в рамках обоих походов опосредствуется об­щими представлениями об их природе, т.е. единичное со­относится с внеположенным ему общим. Гегель называл таковой метод определения предмета наружной рефлексией 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии. Ахиллесова пята всех приобретенных с его помощью дефи­ниций/дескрипций, классификаций и т.п. заключается в чисто формальном и случайном нраве дела меж­ду общим и единичным. Последнее «признается ничтож­ным 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, и только возвращение из него, процесс определе­ния, совершаемый рефлексией, признается полаганием

83


конкретного по его настоящему бытию» [49, с. 25]. Другими словами, определенный предмет постигается в соот­ветствии с наружными, данными не им самим, а другими предметами 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии – аспектами, нормами, мыслями, и... остает­ся трансцендентной вещью-в-себе, просто поэтому, что рассу­дочная рефлексия не находит его достойным зания. В эмпирико-аналитическом способе наружняя рефлексия воспринимает вид дела 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии меж «гипотезой» (дефиници­ей, паттерном и т.д.) и отдельным случаем, в феноменоло­гии – трансцендентальной и персональной субъективно­сти, в герменевтике – традиции и пред-рассудков, в струк­турализме – трансиндивидуального и личного дискурсов24.

3. Тождеством исследовательской логики 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии и объясняет­ся умопомрачительный на 1-ый взор факт, что сторонники номотетического и идиографического подходов определя­ют психотерапию идиентично (если отвлечься от особенно­стей терминологии, естественно) – в качестве «беседы доктора 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии с пациентом», «лечебного воздействия на психику и через психику на организм больного» и т.п. Конкретно таковы обще­принятые представления о психотерапии – сторонники оппозиционных партий только заполняют их содержанием разных психических и философских концепций 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии.

4. Но есть и еще кое-что: противоположность позиций эмпирического и феноменолого-герменевтического подхо­дов в отношении объективности предмета психотерапии выступает только формой проявления более глубочайшего и исторически предыдущего конфликта меж 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии биоло­гической и антропологической психиатрией, беспристрастной и личной психологией, «науками о духе» и «наука­ми о природе». Сам термин «психотерапия», представля­ет собой обычное «трудное слово» Шалтай-болтая – «со­всем, как портмоне 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии, – в одном слове упакованы два смыс­ла» [231, с. 92]. 1-ый из их содержит указание на

–––––––––––––––

24 Это никаким образом не означает, что психоаналитики фено­менолого-герменевтического направления ограничиваются при анализе личных конфликтов собственных пациентов наружной реф­лексией 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии – будучи специалистами, они следуют логике этих конфликтов. Идет речь только о теоретическом выраже­нии предмета их деятельности средствами философии XX в.

84


душу и соответственное ей огромное количество осознаний: от при­митивно 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии-фетишистского до того, которое Изложено в «Фе­номенологии духа» Гегеля и трансцендентальной феноме­нологии Гуссерля. 2-ой, а конкретно «лечение» уводит в область людской телесности и ее патологии: анато­мии, физиологии, нейробиологии, биохимии и т 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии.д.

Что все-таки в конечном счете проявляется в этом движении противоречий и служит его источником? Естественно психо­физиологическая неувязка – скрыть ее не способна ника­кая престижная терминология. Но это значит, что 1.3. Психотерапия в феноменолого- - И профессии без фило­софии, в компетенции которой эта неувязка находилась несколько веков – с середины XVII в., когда Декарт определил ее, – разрешить психотерапевтические противоречия нереально. На Западе это событие первым понял Л. Бинсвангер.




13-ocenka-polnoti-resheniya-zadachi-po-tehnicheskim-trebovaniyam-zaklyuchitelnij-otchet-po-nauchno-issledovatelskoj-rabote.html
13-oktyabrya-2012-goda-s-aleksandrovskoe-mirovoj-sudya-sudebnogo-uchastka-2-aleksandrovskogo-rajona-stavropolskogo-kraya-zvereva-i-s.html
13-opit-ispolzovaniya-inostrannimi-gosudarstvami-ugolovno-pravovih-i-administrativnih-sredstv-protivodejstviya-legalizacii-prestupnih-dohodov.html